Николай Кавказский

Власть до дрожи в коленях боится зумеров с листовками и значками, выкатывая в ответ ежовщину, затаптывая кирзовыми сапогами любой протестный писк.Ребятам грозит до десяти лет: вполне себе сталинские сроки. Допустим ли мы своим молчанием расправу над этими ребятами?

Очень многие в нашей стране сидят за «преступление» без жертвы, по статье, которую, когда я находился по «Болотному делу» в Бутырском замке и «Матросской тишине», арестанты называли «народной» и «политической».

Статье 228 и ее сестринским статьям, которые наказывают за наркотики.


Сейчас, когда из-за пандемии в других странах многие заключенные уже отпущены домой, нам следует сделать то же самое, и среди этих заключенных обязательно должны быть те, кто сидит за наркотики.

Ситуацию с наркопотреблением в России можно сравнить по степени стигматизированности и маргинализованности с отношением в обществе к ЛГБТ-сообществу. Российские наркопотребители вместо социальной, медицинской и психологической помощи получают всеобщее осуждение, ненависть и огромные тюремные сроки. Из-за обширной практики подбрасывания наркотиков политики и гражданские активисты, даже если понимают важность и актуальность введения гуманной наркополитики, боятся открыто высказываться, поскольку справедливо опасаются того, что станут очередной жертвой произвола и беззакония.

Когда я сидел по «Болотному делу», Егорова выносила судебные решения, признавая законным мой арест и его продление, т.е. она непосредственно замешана в этом политически мотивированном беззаконии.
Призрак бродит по России – призрак социал-демократии. Люди в нашей стране нуждаются в социальной защищенности, соблюдении своих прав и избавлении от бедности.
Во время последних муниципальных выборов в Басманном районе на 33-ой участковой избирательной комиссии по итогам голосования было обнаружено аномально много голосов за кандидатов от Единой России.
Одно из важных отличий государства демократического от государства авторитарного – неукоснительное соблюдение закона в первом случае и отношение к закону как к средству осуществления диктатуры – во втором.
6 июля состоялась конференция Московского Яблока. Она выдвинула больше 1000 кандидатов в муниципальные депутаты. Также была принята программа «Яблока» на муниципальных выборах.
На Москву надвигается реновация. Десятки тысяч москвичей выходили на акции протеста с требованием оставить их в покое и не сносить их дома. Однако 9 июня во втором чтении, несмотря на протест более сотни москвичей, собравшихся в это время у стен парламента, Государственная дума приняла закон о сносе Москвы.
25 апреля я попытался поучаствовать в собрании муниципального совета Басманного района. Но мне это сделать не удалось. Депутаты организовали целую спецоперацию, чтобы предотвратить мое присутствие. Я обжаловал в прокуратуру их действия и действия полицейского, который отказался устранять нарушения закона.