От нас ушел Федор Школяр

Нас покинул Федор Школяр. Федя, как запросто называли его друзья. Он не обижался, тем более, что большинство друзей были много старше его по возрасту. Федор умел находить общий язык с людьми и дружить.

От Федора всегда веяло миром и спокойствием. Ему были чужды не только проявления агрессии, но даже просто разговор на повышенных тонах. Разговор с Федором на любую тему производил эффект сеанса психотерапии.

А еще Федор был художником от природы. Многим памятны его поздравительные фотооткрытки в стиле коллажа. Выполненный Федором автопортрет вынесен в заголовок этой статьи. Артистизм Федора проявлялся не только в работе, но и в быту. Он очень тонко чувствовал грань между прекрасным и безобразным. И умел проявлять это во всем: в умении строить беседу, одеваться, готовить и сервировать праздничный стол.

Федор был романтиком в душе. И абсолютно разумным прагматиком в своих политических убеждениях. Он любил изображать вымышленный мир в своих картинах, но не терпел пустых фантазий и мифов в реальной жизни. Он четко понимал, как устроен наш, реальный мир. И эта ясность ума привела его в ряды "ЯБЛОКА".

Федор был активным участником многих массовых мероприятий партии и готовился к серьезной работе на предстоящих в этом году муниципальных выборах. Этому уже не суждено сбыться. И все же Федор оставил свой след в жизни Московского "ЯБЛОКА", ведя активную агитацию в социальных сетях. Здесь многие знали его под ником Теодор Мяу. Самый успешный его проект - группа "Яблочный росток" в Фейсбуке. Группа для тех, кто делал первые шаги в сторону нашей партии, присматривался и примерял на себя наши идеи и принципы. Федор умел убеждать со свойственным ему настойчивым тактом. Или тактичной настойчивостью.

Свобода мысли и выбора была жизненным кредо Федора. Меньше всего он стремился соответствовать пресловутым "устоявшимся стандартам". Он был таким, каким хотел быть. Он жил своей жизнью, выбирая тех, с кем хотел ее разделить. Он добивался собственных побед. И делал собственные ошибки. Одна из них оказалась роковой. Но кто возьмется судить его за это?

Наш Федя был светлой личностью и прекрасным другом. Потому его фотография с друзьями, наполненная радостным весенним светом достойна завершить этот текст. Никто тогда не подозревал, как мало суждено Феде пробыть с нами. Ему было всего 28 лет... Светлая память!

 

 

 

 

 

 

Comments system Cackle